Фразы » Подборки цитат » Цитаты из романа "Герой нашего времени" М.Ю. Лермонтова

Цитаты из романа «Герой нашего времени» М.Ю. Лермонтова

«Герой нашего времен» — роман М.Ю. Лермонтова, состоящий из 5 частей, в полном объеме вышедший в печать в 1840 году. Считается одним из первых психологических произведений, авторство которых принадлежит русским писателям. Роман особенно интересен тем, что позволяет увидеть главного героя с разных точек зрения: повествование ведется то в форме дневника, то от лица второстепенного героя, то от лица рассказчика. Немаловажным приемом является и помещение главного героя в разные жизненные обстоятельства, порой противоположные друг другу, что обуславливает возможность детального анализа его характера со всех сторон, а также понимание смысла, который вложил автор в заглавие романа. Рекомендуем прочитать оригинальный текст, а для того, чтобы написать сочинение, заслуживающее высокой оценки, советуем воспользоваться нижеприведенными цитатами.

Григорий Александрович Печорин

Григорий Александрович Печорин

Главным героем романа является Григорий Александрович Печорин:

«…Его звали… Григорьем Александровичем Печориным…»

На момент повествования («Бэла») ему 25 лет:

«…молодой человек лет двадцати пяти…»

Блондин с темными глазами, невысокий, хорошо сложенный:

«…Он был такой тоненький, беленький, на нем мундир был такой новенький…»

«…он был вообще очень недурен и имел одну из тех оригинальных физиономий, которые особенно нравятся женщинам светским…»

«…Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение…»

«…карие глаза…»

«…белокурые волосы, вьющиеся от природы…»

«…немного вздернутый нос, зубы ослепительной белизны…»

Офицер, прапорщик:

«…я офицер, еду в действующий отряд по казенной надобности…»

«…мне, странствующему офицеру…»

«…пришел транспорт с провиантом; в транспорте был офицер…»

«…Господин прапорщик! – сказал я как можно строже…»

Прибыл из Санкт-Петербурга:

«…петербургский покрой сюртука ввел их в заблуждение…»

«…верно, она вас встречала в Петербурге, где-нибудь в свете <…> Кажется, ваша история там наделала много шума…»

Аристократ:

«Несмотря на светлый цвет его волос, усы его и брови были черные – признак породы в человеке, так, как черная грива и черный хвост у белой лошади…»

«…живший в большом свете…»

«…я насилу мог ее уверить, что ты так хорошо воспитан и так хорошо знаешь свет, что не мог иметь намерение ее оскорбить…»

«…его запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической руке, и когда он снял одну перчатку, то я был удивлен худобой его бледных пальцев»

Богат:

«…должно быть, богатый человек: сколько у него было разных дорогих вещиц!..»

«…да притом у меня есть лакеи и деньги!..»

Подчеркнуто чистоплотен и одевается со сдержанным достоинством, в зависимости от обстоятельств. Например, служа на Кавказе, выбирает национальную одежду кабардинцев и черкесов:

«…пыльный бархатный сюртучок его, застегнутый только на две нижние пуговицы, позволял разглядеть ослепительно чистое белье, изобличавшее привычки порядочного человека…»

«…носит всегда чистые перчатки и вычищенные сапоги…»

«…верно, по одежде приняли меня за черкеса. Мне в самом деле говорили, что в черкесском костюме верхом я больше похож на кабардинца, чем многие кабардинцы. И точно, что касается до этой благородной боевой одежды, я совершенный денди: ни одного галуна лишнего; оружие ценное в простой отделке, мех на шапке не слишком длинный, не слишком короткий; ноговицы и черевики пригнаны со всевозможной точностью»

Любит охоту и верховую езду:

«…Григорий Александрович, я уж, кажется, говорил, страстно любил охоту: бывало, так его в лес и подмывает за кабанами или козами…»

«…он человек молодой, любит погоняться за дичью…»

«…я сел верхом и поскакал в степь; я люблю скакать на горячей лошади по высокой траве…»

На окружающих производит довольно тяжелое впечатление:

«…взгляд его – непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен…»

«…господин, у которого такой неприятный тяжелый взгляд?..»

«…Славный был малый, смею вас уверить; только немножко странен…»

«…Ведь есть, право, этакие люди, у которых на роду написано, что с ними должны случаться разные необыкновенные вещи!…»

Одним из побудительных мотивов большинства действий главного героя является, как сейчас сказали бы, адреналиновая зависимость. Каждый раз, приобретая новое увлечение, Печорин как бы заново начинает жить, но снова и снова терпит фиаско, слишком быстро ему надоедает практически любое занятие:

«…я стал наслаждаться бешено всеми удовольствиями, которые можно достать за деньги, и разумеется, удовольствия эти мне опротивели…»

«…Я стал читать, учиться – науки также надоели; я видел, что ни слава, ни счастье от них не зависят нисколько, потому что самые счастливые люди – невежды, а слава – удача, и чтоб добиться ее, надо только быть ловким…»

«…мне и не здешнее [общество] ужасно надоело…»

«…Тогда мне стало скучно…»

«…во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня; мне осталось одно средство: путешествовать…»

Не составили исключения и любовные приключения:

«…влюблялся в светских красавиц и был любим – но их любовь только раздражала мое воображение и самолюбие, а сердце осталось пусто…»

«…Она мне кинула взгляд, исполненный любви и благодарности. Я привык к этим взглядам; но некогда они составляли мое блаженство»

И на Кавказ Печорин попадает с целью развеять скуку, но и это стремление оказывается неоправданным:

«…Я надеялся, что скука не живет под чеченскими пулями; – напрасно: через месяц я так привык к их жужжанию и к близости смерти <…> и мне стало скучнее прежнего…»

Результатом пресыщенности стало равнодушие героя ко всему, включая собственную жизнь:

«…вы дичитесь всех так, что ни на что не похоже…»

«…я никогда ничем очень не дорожу…»

«…Я смеюсь над всем на свете, особенно над чувствами…»

«Что ж? умереть так умереть! потеря для мира небольшая; да и мне самому порядочно уж скучно. Я – как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что еще нет его кареты…»

Однако характер Печорина сложен и неоднозначен:

«…я составил себе о нем не очень выгодное понятие, однако некоторые черты в его характере показались мне замечательными…»

«У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку»

Автор неоднократно подчеркивает противоречивость его натуры, выражающуюся даже внешне:

«…А смешно подумать, что на вид я еще мальчик: лицо хотя бледно, но еще свежо; члены гибки и стройны; густые кудри вьются, глаза горят, кровь кипит…»

«Его походка была небрежна и ленива, но я заметил, что он не размахивал руками – верный признак некоторой скрытности характера…»

«Когда он опустился на скамью, то прямой стан его согнулся, как будто у него в спине не было ни одной косточки; положение всего его тела изобразило какую‑то нервическую слабость; он сидел, как сидит Бальзакова тридцатилетняя кокетка на своих пуховых креслах после утомительного бала. С первого взгляда на лицо его я бы не дал ему более двадцати трех лет, хотя после я готов был дать ему тридцать»

«…карие глаза <…> Во‑первых, они не смеялись, когда он смеялся! Вам не случалось замечать такой странности у некоторых людей?.. Это признак – или злого нрава, или глубокой постоянной грусти. Из‑за полуопущенных ресниц они сияли каким‑то фосфорическим блеском, если можно так выразиться. То не было отражение жара душевного или играющего воображения: то был блеск, подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но холодный…»

Григорий Александрович умен, это признают окружающие и он сам, без лишней скромности, говорит об этом:

«…У вас большой дар соображения…»

«…Посмотрите, вот нас двое умных людей; мы знаем заранее, что обо всем можно спорить до бесконечности, и потому не спорим…»

Обладает чувством юмора:

«…начал им что‑то рассказывать; видно, было смешно, потому что они начали хохотать как сумасшедшие…»

Смел:

«…ходил на кабана один на один…»

Умеет владеть собой:

«…его лицо ничего не выражало особенного, и мне стало досадно: я бы на его месте умер с горя…»

«…отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой…»

Одним из самых больших достоинств героя нашего времени сам автор считает его искренность и самокритичность:

«…я убедился в искренности того, кто так беспощадно выставлял наружу собственные слабости и пороки…»

«…Да, я всегда знал, что он ветреный человек, на которого нельзя надеяться…»

«…я истощил <…> постоянство воли, необходимое для действительной жизни…»

«…Я сделался нравственным калекой…»

«…За что она меня так любит, право, не знаю! <…> Неужели зло так привлекательно?..»

«…такого безнравственного человека, как Герой Нашего Времени…»

«…Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия…»

«…Послушайте, Максим Максимыч, – отвечал он, – у меня несчастный характер: воспитание ли меня сделало таким, Бог ли так меня создал, не знаю…»

«…Я сделался завистлив…»

«…я говорю смело «зависть», потому что привык себе во всем признаваться…»

Независим:

«…рабом я быть не могу…»

«…как бы страстно я ни любил женщину, если она мне даст только почувствовать, что я должен на ней жениться, – прости любовь! мое сердце превращается в камень, и ничто его не разогреет снова. Я готов на все жертвы, кроме этой; двадцать раз жизнь свою, даже честь поставлю на карту… но свободы моей не продам…»

Вполне здравомыслящ:

«…что хотя я когда угодно готов подвергать себя смерти, но нимало не расположен испортить навсегда свою будущность в здешнем мире…»

«…Я давно уж живу не сердцем, а головою. Я взвешиваю, разбираю свои собственные страсти и поступки с строгим любопытством, но без участия…»

«…Ты во всем видишь худую сторону… матерьялист!..»

«…Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера…»

Умеет добиваться своего:

«…Григорий Александрович, несмотря на зной и усталость, не хотел воротиться без добычи, таков уж был человек: что задумает, подавай; видно, в детстве был маменькой избалован…»

Обладает обостренной интуицией:

«…Мои предчувствия меня никогда не обманывали…»

«…Как быть? у меня есть предчувствие… Знакомясь с женщиной, я всегда безошибочно отгадывал, будет она меня любить или нет…»

Хорошо разбирается в людях:

«…Я его понял, и он за это меня не любит, хотя мы наружно в самых дружеских отношениях…»

«…Доктор! решительно нам нельзя разговаривать: мы читаем в душе друг друга…»

В противовес своим положительным качествам Печорин деспотичен:

«…первое мое удовольствие – подчинять моей воле все, что меня окружает…»

«…Что прикажете делать? Есть люди, с которыми непременно должно соглашаться…»

«…я точно не люблю женщин с характером: их ли это дело!..»

Обратной стороной остроумия молодого человека является его язвительность, переходящая границы разумного:

«…Разговор наш начался злословием: я стал перебирать присутствующих и отсутствующих наших знакомых, сначала выказывал смешные, а после дурные их стороны. Желчь моя взволновалась. Я начал шутя – и окончил искренней злостью…»

«…Вы опасный человек! – сказала она мне, – я бы лучше желала попасться в лесу под нож убийцы, чем вам на язычок…»

«…когда вам вздумается обо мне говорить дурно, возьмите лучше нож и зарежьте меня…»

Суеверен:

«…когда я был еще ребенком, одна старуха гадала про меня моей матери; она предсказала мне смерть от злой жены; это меня тогда глубоко поразило; в душе моей родилось непреодолимое отвращение к женитьбе… Между тем что-то мне говорит, что ее предсказание сбудется; по крайней мере буду стараться, чтоб оно сбылось как можно позже…»

Злопамятен:

«…Грушницкий мне не кланяется уж несколько времени, а нынче раза два посмотрел на меня довольно дерзко. Все это ему припомнится, когда нам придется расплачиваться…»

«…никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен…»

Болезненно самолюбив:

«…привыкший баловать свое самолюбие…»

«…их любовь только раздражала мое воображение и самолюбие…»

Высокомерен:

«…она говорит, что у тебя наглый взгляд, что ты, верно, о себе самого высокого мнения…– Она не ошибается…»

Скрытен:

«…я никогда сам не открываю моих тайн, а ужасно люблю, чтоб их отгадывали, потому что таким образом я всегда могу при случае от них отпереться…»

«…Я был скромен – меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен…»

Не имеет друзей и склонен намеренно создавать враждебное к себе отношение:

«…Мы друг друга скоро поняли и сделались приятелями, потому что я к дружбе неспособен…»

«…я люблю врагов, хотя не по‑христиански. Они меня забавляют, волнуют мне кровь…»

«…Княжна, – сказал я, – вы знаете, что я над вами смеялся?.. Вы должны презирать меня…»

«…мне хотелось его побесить…»

Циничен:

«…у дочки просто нервический припадок: она проведет ночь без сна и будет плакать. Эта мысль мне доставляет необъятное наслаждение…»

«…Ты говоришь о хорошенькой женщине, как об английской лошади, – сказал Грушницкий с негодованием…»

Максим Максимыч

Максим Максимыч

Сослуживец Печорина, на момент повествования ему около 50 лет:

«…Он казался лет пятидесяти…»

О внешности известно лишь, что Максим Максимыч носит усы, лицо его очень загорело:

«…смуглый цвет лица его показывал, что оно давно знакомо с закавказским солнцем, и преждевременно поседевшие усы не соответствовали его твердой походке и бодрому виду…»

Происходит из небогатой, незнатной семьи, малообразован:

«…Что ему во мне? Я не богат, не чиновен…»

«…Где нам, необразованным старикам, за вами гоняться!…»

Родных не имеет:

«…Надо вам сказать, что у меня нет семейства: об отце и матери я лет двенадцать уж не имею известия, а запастись женой не догадался раньше, – так теперь уж, знаете, и не к лицу»

Имеет воинское звание штабс-капитана, служит в 3-м Кавказском Линейном батальоне уже более 10 лет:

«…Штабс-капитан не отвечал ни слова…»

«…Теперь считаюсь в третьем линейном батальоне…»

«…я лет десять стоял там в крепости с ротою, у Каменного Брода…»

Автор подчеркивает, что его герой – уважаемый человек:

«…Сознайтесь, однако ж, что Максим Максимыч человек, достойный уважения?…»

Главными достоинствами старого солдата являются его доброта и скромность:

«…Послушайте, Максим Максимыч! – сказал Печорин, приподнявшись. – Ведь вы добрый человек…»

«…я начинал разделять беспокойство доброго штабс-капитана…»

«…И вправду молвить: что ж я такое, чтоб обо мне вспоминать перед смертью?…»

Совершенно не употребляет спиртное и вкусно готовит:

«…Нет с, благодарствуйте, не пью <…> Я дал себе заклятье»

«…Максим Максимыч имел глубокие сведения в поваренном искусстве: он удивительно хорошо зажарил фазана, удачно полил его огуречным рассолом…»

Гостеприимен, дружелюбен, легко налаживает общение с людьми, будь то его сослуживцы, будь они черкесские абреки:

«…Очень рад, очень рад. Вам будет немножко скучно… ну, да мы с вами будем жить по-приятельски…»

«…Раз приезжает сам старый князь звать нас на свадьбу: он отдавал старшую дочь замуж, а мы были с ним кунаки: так нельзя же, знаете, отказаться, хоть он и татарин…»

«…приехал Казбич <…> я попотчевал его чаем, потому что хотя разбойник он, а все-таки был моим кунаком»

Однако его простота и общительность не мешают ему быть наблюдательным и осторожным:

«…Недаром на нем эта кольчуга, – подумал я, – уж он, верно, что‑нибудь замышляет…»

«…дверь во вторую комнату была заперта на замок, и ключа в замке не было. Я все это тотчас заметил…»

«…притом осторожность никогда не мешает…»

Не хватает Максиму Максимычу лишь опыта в общении с женщинами:

«…Что было с нею мне делать? Я, знаете, никогда с женщинами не обращался; думал, думал, чем ее утешить, и ничего не придумал…»

Он легко поддается эмоциям и довольно обидчив:

«…Поверите ли? я, стоя за дверью, также заплакал, то есть, знаете, не то чтобы заплакал, а так – глупость!…»

«…А… ты?.. а вы? – пробормотал со слезами на глазах старик… – сколько лет… сколько дней… да куда это?..»

«…пошел ходить по двору около своей повозки, показывая, будто осматривает колеса, тогда как глаза его поминутно наполнялись слезами…»

«…Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу не вспомнила обо мне; а кажется, я ее любил как отец… ну, да Бог ее простит!…»

«…Да, – сказал он наконец, стараясь принять равнодушный вид, хотя слеза досады по временам сверкала на его ресницах, – конечно, мы были приятели, – ну, да что приятели в нынешнем веке!…»

Бэла

Бэла

Младшая дочь татарского князя, семья которой состоит из отца, старшей сестры и брата:

«..я княжеская дочь!..»

«…меньшая дочь хозяина…»

«…хоть он и татарин…»

«…Раз приезжает сам старый князь звать нас на свадьбу…»

«…он отдавал старшую дочь замуж…»

«…Сынишка его, мальчик лет пятнадцати…»

Возраст – 16 лет:

«…девушка лет шестнадцати…»

Признанная красавица,

«…«Прелесть! – отвечал он…»

«…она была хороша: высокая, тоненькая…»

«…не один Печорин любовался хорошенькой княжной…»

«…азиатская красавица…»

«…это милое личико!..»

«…она у нас так похорошела, что чудо; с лица и с рук сошел загар, румянец разыгрался на щеках…»

«…глаза черные, как у горной серны, так и заглядывали к вам в душу…»

«…Что за глаза! они так и сверкали, будто два угля…»

Вероисповедание девушки точно не определено, но однозначно она не христианка:

«…Начала печалиться о том, что она не христианка, и что на том свете душа ее никогда не встретится с душою Григория Александровича…»

«…Я хотел было поставить крест, да, знаете, неловко: все-таки она была не христианка…»

Воспитание и образование отсутствуют:

«…Ага! – подумал я, – и в тебе, душенька, не молчит разбойничья кровь!..»

«…любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни…»

«..невежество и простосердечие одной…»

Родной язык татарский, русского языка не знает:

«…бился с нею Григорий Александрович; между тем учился по-татарски, и она начинала понимать по нашему…»

Любит свою семью и тоскует по ней:

«…все грустила, напевала свои песни вполголоса, так что, бывало, и мне становилось грустно, когда слушал ее из соседней комнаты…»

«…ей хотелось в горы, домой…»

Горда и независима:

«…первые дни она молча гордо отталкивала подарки, которые тогда доставались духанщице и возбуждали ее красноречие…»

«…я не раба его – я княжеская дочь!..»

«…Дьявол, а не женщина!»

В противовес этому обладает умеет веселиться, любит плясать:

«…Уж какая, бывало, веселая, и все надо мной, проказница, подшучивала…»

«…я буду весела. – И с хохотом схватила свой бубен, начала петь, плясать и прыгать около меня…»

«…Она, бывало, нам поет песни иль пляшет лезгинку… А уж как плясала! видал я наших губернских барышень <…> только куда им! совсем не то!..»

Рукодельница:

«…а вышивает золотом – чудо!..»

Влюбляется в Печорина:

«…мне стало досадно, что никогда ни одна женщина меня так не любила…»

«…она нам призналась, что с того дня, как увидела Печорина, он часто ей грезился во сне и что ни один мужчина никогда не производил на нее такого впечатления…»

Гибнет от руки Казбича:

«…На другой день рано утром мы ее похоронили за крепостью, у речки, возле того места, где она в последний раз сидела…»

Княжна Мери

Княжна Мери

Мария Лиговская, княжна, ее возраст в романе не указан:

«…любви молоденькой девочки…»

«…молодой, едва распустившейся души!..»

«…Я должен был этого ожидать от девчонки…»

Приехала из Москвы:

«…московскую княжну…»

«…Последнюю половину своей жизни она провела в Москве…»

«…в Москве, видно, барышни пустились в ученость…»

Единственная дочь у матери, богатая знатная наследница:

«…я богата, она у меня одна…»

«…она вбежала в ворота одного из лучших домов Пятигорска…»

«…Эта гордая знать смотрит на нас, армейцев, как на диких…»

Обладает привлекательной внешностью, что охотно признается окружающими:

«…молоденькая, стройная…»

«…ее густые волосы были собраны под ночным чепчиком, обшитым кружевами; большой пунцовый платок покрывал ее белые плечики, ее маленькие ножки прятались в пестрых персидских туфлях…»

«…Хорошенькая княжна обернулась…»

«…Ты говоришь о хорошенькой женщине…»

«…где скрылась наша красавица…»

«…она недурна…»

Одним из главных достоинств ее внешности являются большие выразительные глаза:

«…подняв на меня свои бархатные глаза…»

«У нее такие бархатные глаза – именно бархатные <…> нижние и верхние ресницы так длинны, что лучи солнца не отражаются в ее зрачках. Я люблю эти глаза без блеска: они так мягки, они будто бы тебя гладят… Впрочем, кажется, в ее лице только и есть хорошего…»

Грациозна:

«…Легче птички она к нему подскочила, нагнулась, подняла стакан и подала ему с телодвижением, исполненным невыразимой прелести…»

Лицо ее очень выразительно:

«…отвечала она с иронической гримаской, которая, впрочем, очень идет к ее подвижной физиономии…»

«…Она сделала гримаску, выдвинув нижнюю губу, и присела очень насмешливо…»

Воспитана в соответствии с правилами высшего света, обладает хорошим вкусом:

«…они одеты были по строгим правилам лучшего вкуса: ничего лишнего…»

«…многие дамы посмотрели на нее с завистью и недоброжелательством, потому что княжна Мери одевается со вкусом…»

Девушка довольно образована:

«…она питает уважение к уму и знаниям дочки, которая читала Байрона по‑английски и знает алгебру…»

«…прошептать необходимое: «Merci, monsieur»…»

Имеет музыкальные способности, пусть и не слишком развитые:

«…Княгиня усадила дочь за фортепьяно…»

«…Она запела: ее голос недурен, но поет она плохо…»

Мери хорошо танцует:

«…Она вальсирует удивительно хорошо…»

Обладает чувством юмора:

«…она шутила очень мило; ее разговор был остер, без притязания на остроту, жив и свободен; ее замечания иногда глубоки…»

В силу молодости неопытна и плохо разбирается в людях, предпочитая всех видеть в романтическом ореоле:

«…сказал какой‑то комплимент княжне: она, видно, не очень разборчива, ибо с тех пор отвечает на его поклон самой милой улыбкою…»

«…в ее неопытное сердце…»

«…она уверена, что этот молодой человек в солдатской шинели разжалован в солдаты за дуэль…»

«…Дочка слушала с любопытством. В ее воображении вы сделались героем романа в новом вкусе…»

«…княжна, кажется, любит рассуждать о чувствах, страстях и прочее…»

Вследствие красоты и богатства, имеет поклонников:

«…я употребляю все свои силы на то, чтоб отвлекать ее обожателей, блестящих адъютантов, бледных москвичей и других…»

«…вас окружает слишком густая толпа поклонников, и я боялся в ней исчезнуть совершенно…»

Знает о производимом на мужчин впечатлении, кокетничает с ними, стараясь попадать в образ томной барышни:

«…Я должен был этого ожидать от девчонки… от кокетки…»

«…она с тобой накокетничается вдоволь, а года через два выйдет замуж за урода, из покорности к маменьке…»

«…княжне также не раз хотелось похохотать, но она удерживалась, чтоб не выйти из принятой роли: она находит, что томность к ней идет, – и, может быть, не ошибается…»

«…ей удалось, однако, довольно скоро принять совершенно равнодушный и даже строгий вид…»

Однако, искренне полюбив Печорина, Мери меняет манеру поведения:

«…Куда девалась ее живость, ее кокетство, ее капризы, ее дерзкая мина, презрительная улыбка, рассеянный взгляд?..»

Грушницкий

Грушницкий

Молодой военнослужащий, юнкер, на момент повествования только что произведенный в офицеры:

«…Он только год в службе…»

«…Грушницкий – юнкер…»

«…я пари держу, что она не знает, что ты юнкер…»

«…он произведен в офицеры…»

Возраст — 21 год, хотя выглядит он старше:

«…ему на вид можно дать двадцать пять лет, хотя ему едва ли двадцать один год…»

Имеет привлекательную внешность:

«…Выразительное лицо его…»

«…Он хорошо сложен, смугл и черноволос…»; ему на вид можно дать двадцать пять лет, хотя ему едва ли двадцать один год…»

«…крутит усы левой рукой…»

«…взбивал ежеминутно в мелкие кудри завитой хохол…»

На водах находится по причине ранения в бое, за который имеет награду:

«Он был ранен пулей в ногу и поехал на воды с неделю прежде меня…»

«…В эту минуту Грушницкий уронил свой стакан на песок и усиливался нагнуться, чтоб его поднять: больная нога ему мешала»

«…У него георгиевский солдатский крестик…»

Довольно хорошо воспитан и образован, а вот танцует плохо:

«…знаешь, как то напрашиваться в дом неловко, хотя здесь это и водится…»

«…Грушницкий <…> громко отвечал мне по-французски…»

«…Я боюсь, что мне с княжной придется начинать мазурку, – я не знаю почти ни одной фигуры…»

Не слишком умен:

«…«Ты глуп», – хотел я ему ответить, но удержался и только пожал плечами…»

«…Ты дурак! – сказал он Грушницкому довольно громко…»

«…Дурак же ты, братец, – сказал он, – пошлый дурак!…»

Самолюбив и слабохарактерен:

«…но самолюбие и слабость характера должны были торжествовать…»

В душе его кипят, однако, нешуточные страсти:

«…даже не обернулась, даже не заметила его страстного взгляда, которым он долго ее провожал…»

«…Только тогда бедный страстный юнкер заметил мое присутствие…»

«…под этой толстой серой шинелью билось сердце страстное и благородное…»

Любит напустить на себя трагический вид, чтобы произвести впечатление на дам:

«…Впрочем, в те минуты, когда сбрасывает трагическую мантию, Грушницкий довольно мил и забавен. Мне любопытно видеть его с женщинами: тут‑то он, я думаю, старается!…»

«…Приезд его на Кавказ – также следствие его романтического фанатизма…»

«…села возле Грушницкого, и между ними начался какой то сентиментальный разговор…»

«…Его цель – сделаться героем романа. Он так часто старался уверить других в том, что он существо, не созданное для мира, обреченное каким‑то тайным страданиям, что он сам почти в этом уверился»

«…Он закидывает голову назад, когда говорит, и поминутно крутит усы левой рукой, ибо правою опирается на костыль. Говорит он скоро и вычурно: он из тех людей, которые на все случаи жизни имеют готовые пышные фразы, которых просто прекрасное не трогает и которые важно драпируются в необыкновенные чувства, возвышенные страсти и исключительные страдания…»

«…Грушницкий сверх солдатской шинели повесил шашку и пару пистолетов: он был довольно смешон в этом геройском облачении…»

«…да солдатская шинель в глазах всякой чувствительной барышни тебя делает героем и страдальцем…»

«Производить эффект – их наслаждение; они нравятся романтическим провинциалкам до безумия…»

Впрочем, больших успехов в общении с дамами не достигает:

«…Грушницкий, дернув меня за руку, бросил на нее один из тех мутно нежных взглядов, которые так мало действуют на женщин…»

«…я знаю, ты опытен в этих вещах, ты лучше меня знаешь женщин… Женщины! женщины! кто их поймет?»

Если ему не отвечают взаимностью, то становится мстительным:

«…Я не думаю, чтоб равнодушие женщины к вашим блестящим достоинствам заслуживало такое ужасное мщение…»

Не останавливается он ни перед прямой клеветой, ни перед подлостью:

«…вы уж дали честное слово в подтверждение самой отвратительной клеветы…»

«…И вы не отказываетесь от своей клеветы?..»

«…прошу вас сейчас же отказаться от ваших слов; вы очень хорошо знаете, что это выдумка…»

«…но как признаться в таком подлом умысле?…»

«…оставить свой подлый замысел и подвергнуться одинаковой со мною опасности…»

«…не подвергая себя никакой опасности, хотел меня убить как собаку…»

Не менее яркой отрицательной чертой характера Грушницкого является его самодовольство:

«…Грушницкий самодовольно улыбнулся…»

«…Самодовольствие и вместе некоторая неуверенность изображались на его лице; его праздничная наружность, его гордая походка заставили бы меня расхохотаться, если бы это было согласно с моими намерениями…»

Молодой человек совершенно не считается с мнением других людей:

«…спорить с ним я никогда не мог. Он не отвечает на ваши возражения, он вас не слушает…»

«…Грушницкого страсть была декламировать: он закидывал вас словами, как скоро разговор выходил из круга обыкновенных понятий…»

Любит острить, хотя часто делает это неуместно и неумело:

«…Он довольно остер: эпиграммы его часто забавны, но никогда не бывают метки и злы: он никого не убьет одним словом…»

«…довольный плохим каламбуром, он развеселился…»

Молодой офицер труслив, хотя о нем говорят как о храбром воине:

«…Грушницкий слывет отличным храбрецом; я его видел в деле: он махает шашкой, кричит и бросается вперед, зажмуря глаза. Это что‑то не русская храбрость!…»

«…Трус! – отвечал капитан…»

Его жизнь заканчивается на дуэли с Печориным, на которую тот вызвал Грушницкого из-за клеветы:

«…Вы защитили дочь мою от клеветы, стрелялись за нее…»

«…Грушницкий убит (она перекрестилась). Бог ему простит – и, надеюсь, вам также!…»

Определение «герой нашего времени», сказанное М.Ю. Лермонтовым со злой иронией, постепенно стало нарицательным. Правда, у каждого времени свои герои.

ужасноплохонеплохохорошоотлично
Загрузка…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *